ВМФ
Фото: Т. Измайлова.

Черноморский флот в кампанию 1829 года и бриг “Меркурий”: исследование А. П. Нахимова

Черноморский флот в кампанию 1829 года и бриг “Меркурий”: этот фрагмент из обширного исторического очерка-исследования председателя Морской секции РДС А. П. Нахимова опубликовал сайт “За тех, кто в море!”.

Нахимов А.П. Императорский флот России в эпоху Николая I. Исторические хроники. Черноморский флот в кампанию 1829 года.

“Капитан-лейтенант А. И. Казарский, командир брига «Меркурий», крейсеровавшего у Босфора, заметил 12 апреля 1829 г. выход трёх турецких кораблей в Чёрное море, а потому немедленно направился к Севастополю, рассчитывая застать там главного командира. Но узнав, что тот находится Сизополе, прибыл туда и донёс Грейгу о том, что он видел.

Адмирал тотчас приказал капитану 1-го ранга Скаловскому идти к проливу с тремя кораблями и двумя бригами, собрать там крейсерующие суда наши, а затем, если турецкие корабли не успели ёщё вернуться в пролив, то отыскать их и истребить.

Подойдя к проливу и получивши там сведения, что в нём находятся только пять турецких кораблей вместо восьми, Скаловский присоединил крейсеров к своей эскадре и направился вдоль Анатолийского берега на поиски вышедших из пролива турецких кораблей. Встретив 15 коммерческих судов под турецким флагом, спешивших укрыться в бухте возле местечка Шили, Скаловский поручил фрегату «Штандарт» и бригу «Мингрелия» истребить их. Войдя в бухту и ставши на якорь, под сильным огнём береговых батарей и рассыпанных по берегу стрелков, они взяли в плен два судна, а остальные истребили. Получив сведения от греков, взятых на одном из захваченных судов, что в Пендераклии вооружается военный корабль, а в Акчесаре приготовляется к спуску корвет, Скаловский отрядил в Акчесар фрегат «Поспешный» и бриг «Мингрелия» для истребления корвета, а сам с прочими судами направился к Пендераклии. Там оказалось несколько сильных батарей, расположенных на высотах и у Адмиралтейства, возле которого стоял спущенный, но не вооружённый корабль. Однако очень продолжительная, длившаяся до наступления сумерек перестрелка с батареями, оказалась бесполезной.

Тогда мичман Трескин испросил разрешения отправиться с охотниками к неприятельскому кораблю и истребить его. В 10 часов вечера с десятью матросами на шлюпке он приблизился к турецкому кораблю, прибил к портам и по бокам его пеньковые кранцы, пропитанные смолою, и зажёг их, отчего корабль сгорел. Кроме этого корабля он истребил таким же способом несколько разных меньших судов, стоявших возле корабля.

В Акчесаре выстрелами фрегата и брига, под сильной пальбой с берега, был истреблён стоявший на стапеле корвет.

В этих состязаниях с береговыми батареями в Шили, Пендераклии и Акчесаре все суда получили значительные повреждения в рангоутах, и в корпусах оказались пробоины: у корабля «Норд Адлер» ‒ 52, у «Иоанна Златоуста» ‒ 16, у «Пармена» ‒ 20, у фрегата «Поспешный» ‒ 19. Вследствие этого, признавая необходимым скорейшее исправление судов, Скаловский оставил у пролива крейсера и прибыл с эскадрой в Сизополь 11 мая.

С рассветом 15 мая в Сизополь прибыл фрегат «Штандарт» с донесением, что находясь у пролива вместе с бригами «Орфей» и «Меркурий», замечен был ими турецкий флот, шедший из Анатолии в составе 18 судов. Когда неприятель направился в погоню за ними, то он сделал сигнал бригам «идти курсом, при котором имеет лучший ход», сам же направился к Сизополю, чтобы сообщить об этом.

Грейг тотчас сделал сигнал: «приготовиться к походу» и вышел с флотом к проливу. В 5 часов пополудни подошёл к флоту бриг «Меркурий», наружный вид которого свидетельствовал о выдержанном им жестоком бое: корпус, рангоут, паруса и такелаж всё было избито неприятельскими выстрелами.

Командир брига капитан-лейтенант А. И. Казарский донесёт рапортом следующее: «Когда замечено было приближение турецкого флота к бригу, он, следуя сигналу командира фрегата «Штандарт», лёг галвиндом при юго-западном ветре, имея неприятеля на юге. Вскоре оказалось, что перемена курса принесла мало пользы. Лучшие ходоки неприятельского флота ‒ два корабля, один 110-пушечный под флагом капудан-паши (титул командующего флотом Османской империи), а другой 74-пушечный, под адмиральским флагом, приметно настигали бриг, а в исходе второго часа пополудни они были от него в расстоянии полутора пушечного выстрела. В это время ветер стих, ход преследующих кораблей уменьшился. Пользуясь этим обстоятельством, капитан «Меркурия» прибегнул к единственному средству ускорения хода ‒ к вёслам, надеясь посредством их увеличить расстояние, отделявшее бриг от неприятеля; но не прошло и получаса, как ветер засвежел снова, корабли стали приближаться к бригу и открыли по нему огонь из погонных пушек. Видя совершенную невозможность уклониться от неравного боя, он собрал совет офицеров.

Поручик корпуса штурманов (из крестьянской семьи) Прокофьев, от которого первого было потребовано мнение, предложил «взорвать бриг, когда тот будет доведён до крайности». Вследствие этого мнения, принятого всеми единогласно, было положено защищаться до последней возможности и, если будет сбит рангоут или откроется большая течь, тогда схватиться с ближайшим неприятельским кораблём, и тот офицер, который останется в живых, должен зажечь пороховую крюйт-камеру, для чего был положен на шпиль пистолет.

После этого капитан Казарский, обратившись к нижним чинам, объяснил им, чего ожидает от них Государь и чего требует честь Императорского флага, нашёл в команде те же чувства, как и в офицерах: все единогласно объявили, что будут до конца верны своему долгу и присяге. Успокоенный таким общим единодушием, он приказал прекратить действовать вёслами, поставить людей к пушкам, сбросить в море ял, висевший за кормой, и открыть огонь из ретирадных портов.

Вскоре турецкий 110-пушечный корабль начал спускаться с тем, чтобы занять место с правой стороны брига и дать продольный залп; но «Меркурий» избежал последнего, приспустившись вовремя. Таким образом, ещё около получаса бриг подвергался выстрелам одних погонных пушек, но потом был поставлен между двумя вражескими кораблями; каждый из которых сделал по два залпа по бригу, после чего с корабля капудан-паши закричали по-русски: «Сдавайся и убирай паруса!» Это кого-то из команды захваченного 12 мая без боя у Пендераклии фрегата «Рафаил» и переведённого вместе с его командиром капитаном 2-го ранга Стройниковым на флагманский турецкий вынудили обратиться к команде сражавшегося насмерть «Меркурия». При этом «Меркурий» и корабль турецкого флагмана могло разделять не более ста метров! (У Айвазовского на картине с изображением этого боя ‒ 50 м).

И. К. Айвазовский. Бриг «Меркурий», преследуемый 14 мая 1929 г. турецкими линейными кораблями.

Ответом на эти призывы были залп всей артиллерии брига и ружейный огонь. Тогда оба турецких корабля, подавшись к корме брига, открыли по нему непрерывную канонаду ядрами, книппелями и брандскугелями, которыми был произведён пожар, вскоре, однако, потушенный.

Во всё время «Меркурий» не прерывал своего огня, стараясь по возможности уклоняться от продольных выстрелов, пока не удалось перебить ватер-штаги и повредить рангоут 110-пушечного корабля турок, что заставило его закрепить бом-брамсели, привести к ветру и лечь в дрейф. Но прежде, чем прекратить военные действия, он напоследок послал бригу залп со всего борта”.

“А 29 июля 1829 года состоялся Высочайший указ морскому министру адмиралу А. В. Моллеру такого содержания: «32-го флотского экипажа 18-пушечному бригу «Меркурий», за славные подвиги с двумя неприятельскими кораблями даровать флаг со знаменем Св. Великомученика и Победоносца Георгия.

Мы желаем, дабы память беспримерного дела сего сохранилась до позднейших времён, вследствие сего повелеваем вам распорядиться; когда бриг сей будет приходить в неспособность продолжать более служение на море, построить по одному с ним чертежу и совершенным с ним сходством по всём другое такое же судно, наименовав его «Меркурий», приписав к тому же экипажу, на который перенести и пожалованный флаг с вымпелом; когда же и сиё судно станет приходить в негодность, заменить его другим новым, по тому же чертежу построенным, продолжая сиё таким образом до времён последних. Мы желаем, дабы память знаменитых заслуг команды брига «Меркурий» никогда во флоте не исчезала, а переходила из рода в род на вечные времена, служила примером потомству».

Полностью фрагмент можно прочитать на сайте “За тех, кто в море”.

Ранее в Музее Мирового океана открылась выставка “Подводный щит России”.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 Комментарий
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии